вторник, 4 сентября 2012 г.

Кассация от 03.08.2012 по делу невиновного А.В.Цареградского (ч.2)


Вынесенный приговор является необоснованным и незаконным в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, нарушением уголовно-процессуального закона.

1.        Несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела.

1.1.            Как усматривается из текста приговора (лист 1-2 приговора), суд пришел к выводу, что 02 октября 2010 года в период с 15 до 20 часов  осужденный сначала причинил телесные повреждения потерпевшей Шевцовой Н.Д., после чего с использованием травматического пистолета произвел выстрелы в  потерпевшего Казакова А.В., а  после  этого также  с использованием травматического пистолета произвел выстрел в голову потерпевшего Калинина П.А., от которого тот упал на землю, после чего к его действиям  присоединился Цареградский П.А., который произвел выстрел из травматического пистолета в область головы Калинина  П.А.
С данным выводом суда нельзя согласиться по следующим основаниям.
Как усматривается из протокола осмотра места происшествия (т. 1, л.д. 80-95), который суд признал достоверным доказательством, члены оперативно-следственной группы приступили к осмотру места происшествия 02 октября 2010 г. в 18 час. 55 мин.,  в связи с чем вывод суда о том, что  совершение инкриминируемых Цареградскому А.В. преступлений, а также действий Цареградского П.А., описанных в приговоре, произошло в период времени с 15 до 20 часов, то есть в присутствии членов оперативно-следственной группы, несостоятелен и не соответствует  фактическим обстоятельствам уголовного дела.
Не только из показаний осужденного Цареградского А.В. и свидетелей со стороны защиты, которые суд признал недостоверными, но и из показаний  потерпевших и свидетелей со стороны обвинения, которые суд признал достоверными, а также видеосъемки, запечатлевшей фрагменты событий от 02 октября 2010 г., следует, что стрелять в потерпевших Калинина и Казакова начал не Цареградский А.В., при этом сначала в Калинина и уже потом в Казакова, а несовершеннолетний Цареградский П.А., и что именно в результате выстрелов Цареградского П.А  в голову  потерпевшего Калинина, последний, потеряв сознание,  упал на землю. Ни один из свидетелей, допрошенных в судебном заседании, не излагал последовательность действий Цареградского А.В. и Цареградского П.А. в том виде, в котором она  установлена приговором суда.
Таким образом,  вывод суда о времени и картине совершения преступления  является надуманным и не основан на  доказательствах, исследованных в ходе судебного следствия и указанных в приговоре суда.

1.2.            Суд пришел к выводу, что Цареградский А.В., находясь в помещении мастерской, умышленно схватил Шевцову Н.Д., выкрутил ей руку и, нажимая ногтем, стал срывать ноготь с пальца Шевцовой, действуя из личной неприязни. Также суд пришел к выводу, что Цареградский А.В., умышленно стреляя из травматического пистолета в Казакова А.В. и Калинина П.А., действовал из личных неприязненных отношений.
Данные выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела.
Как усматривается из материалов дела, личные неприязненные отношения между осужденным и потерпевшими возникли задолго до 02 октября 2010 г., но до 02 октября 2010 г. не являлись причиной каких-либо противоправных действий со стороны Цареградского А.В. в отношении потерпевших.
Как следует из показаний осужденного, умысла на причинение телесных повреждений Шевцовой Н.Д. у него не было. Повреждения ею были получены в ходе вырывания из рук друг  друга швейной машинки. Как установлено в ходе судебного следствия, непосредственно перед выстрелами, произведенными Цареградским П.А. из травматического пистолета, Шевцова Н.Д., Мовляйко В.В., Казакова А.А., Юсифова Д.А., Цареградский А.В. находились около входной двери мастерской. Действия Цареградского П.А. были для них неожиданными, в том числе неожиданными они были и для осужденного. После того, как в следствии выстрелов Цареградского П.А.  Калинин П.А. упал, а Цареградский П.А. продолжал стрелять в Казакова А.В., все лица, находившиеся около входа в мастерскую, в том числе и осужденный, стали двигаться в сторону Цареградского П.А., где в этот момент рядом с ним находились Казаков А.В., Калинин П.А., Цареградская Ж.В., Жарикова С.С., при этом Калинин П.А. лежал около Цареградского П.А.  Также установлено, что осужденного о том, что происходило между Жариковой С.С., Цареградской Ж.В., Калининым П.А., Казаковым А.В., Цареградским П.А., когда он находился в мастерской,  никто не информировал. Таким образом, после того, как осужденный услышал и увидел, что его несовершеннолетний сын – Цареградский П.А. стреляет в Казакова А.В. и Калинина П.А., при этом последний от его выстрелов падает, а рядом с ними находятся его жена и приемная дочь и, учитывая скоротечность происходящих событий, свои последующие действия совершал не из личных неприязненных или приязненных отношений к кому бы то ни было, а руководствуясь совершенно другими мотивами, которые судом установлены не были.

1.3.            Согласно показаниям потерпевшей Шевцовой Н.Д. (лист 4 приговора) она находилась в мастерской и взялась за швейную машинку Казаковой А.А., собираясь вынести ее, Цареградский А.В. схватил ее за левую руку, стал выкручивать руку, а затем стал срывать ноготь на среднем пальце этой руки. От указанных действий Цареградского А.В. она испытала сильную физическую боль, и у нее из под ногтя пошла кровь, была оторвана половина ногтевой пластины.
Согласно показаниям потерпевшего Казакова А.В. (лист 5 приговора) он увидел, как Цареградский А.В. держал Шевцову за руку и вырывал у нее из рук швейную машинку. Когда он подошел, Цареградский отпустил руку Шевцовой, а он взял машинку и унес ее в машину. После этого он видел, что Шевцова держалась за палец, на пальце у нее были кровоподтеки, потом она его замотала.
Согласно показаниям свидетеля Мовляйко В.В. (лист 5 приговора) Цареградский А.В. схватил Шевцову за руку, вывернул ей назад левую руку, затем вывернул в обратную сторону один палец. Шевцова закричала, ноготь у нее посинел. Когда они спускались вниз, у Шевцовой на пальце была кровь.
Согласно показаниям свидетеля Казаковой А.А. (лист 6 приговора) Цареградский А.В. правой рукой заломил Шевцовой левую руку за спину и потянул палец, из которого потекла кровь. Она крикнула мужу (Казакову А.В.) и Цареградский А.В. отпустил Шевцову.
Согласно показаниям свидетеля Путилова А.Ю. (лист 8 приговора),  между Цареградским А.В. и Шевцовой Н.Д. произошел конфликт, так как Цареградский А.В. вырывал у нее из рук вещи.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 491-Э (т. 3, л.д. 156), у Шевцовой Н.Д. имеется краевой отрыв ногтевой пластинки от ногтевого ложа третьего пальца левой кисти – рваная рана, которая по сроку давности соответствует 12-24 часам, образовалась от воздействия тупого твердого предмета.
Как усматривается из содержания видеозаписи, зафиксировавшей Шевцову в мастерской, стоящей рядом с Цареградским А.В. в окружении свидетелей со стороны обвинения, Шевцова никаких жалоб по поводу повреждения ногтевой пластины не высказывала, никаких претензий к стоявшему рядом с ней Цареградскому А.В. по поводу указанных повреждений не предъявляла.
Указанные показания потерпевших и свидетелей со стороны обвинения, заключение судебно-медицинской экспертизы, видеозапись  признаны судом достоверными и положены в основу обвинительного приговора.
Согласно показаниям осужденного Цареградского А.В. (лист 3 приговора),  между ним и Калининым П.А., Казаковым А.В., Шевцовой Н.Д., Путиловым А.Ю., Мовляйко В.В., Медведевым С.В., Лобынцевой С.Е., Казаковой А.А., Гусенко С.Н., Юсифовой Д.А. возник конфликт, в ходе которого указанные лица стали открыто похищать принадлежащее их семье имущество, а он пытался препятствовать им. В помещении мастерской он не давал Шевцовой вынести швейную машинку, Шевцова дергала машинку у него из рук и при этом вскрикнула. Он к Шевцовой не прикасался и умышленно никаких телесных повреждений ей не причинял.
Таким образом, существует несколько версий причинения повреждения Шевцовой  Н.Д., которые противоречат друг другу. В нарушение требований ст. 307 УПК РФ в приговоре не указаны основания, по которым суд признал одни показания достоверными, и не указаны мотивы, по которым суд отверг другие показания.
Более того, суд в приговоре пришел к выводу (лист 2 приговора) о том, что Цареградский А.В. схватил Шевцову Н.Д. руками за левую руку и стал выкручивать ее руку, а затем пальцами своей руки, нажимая ногтем, стал срывать ноготь со среднего пальца левой руки Шевцовой Н.Д.
Данный вывод суда не только не соответствует показаниям осужденного, но он не соответствует приведенным в приговоре показаниям потерпевших  Шевцовой Н.Д., Казакова А.В., свидетелей  Мовляйко В.В., Казаковой А.А., Путилова А.Ю., заключению судебно-медицинской экспертизы,  в связи с чем является надуманным.
Также хочу обратить внимание суда на то обстоятельство, что в выводах эксперта не указано от какого именно вида воздействия тупого твердого предмета образовалось повреждение ногтевой пластины Шевцовой Н.Д.
            Вопросы о том, возможно ли образование повреждений, обнаруженных у Шевцовой, при обстоятельствах, указанных осужденным Цареградским А.В., потерпевшим Казаковым А.В., свидетелем Путиловым А.Ю., перед экспертом не ставились и им не разрешались.
Вместе с тем разрешение этих вопросов могло существенно повлиять на выводы суда.
При таких обстоятельствах суд необоснованно неоднократно отказывал в удовлетворении ходатайств осужденного и его защитника о допросе эксперта, о назначении повторной экспертизы.

1.4.             Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 490-Э (т. 3, л.д. 165-166) признанному судом достоверным и которое было положено в основу вынесенного приговора, Казаков А.В. находился на амбулаторном лечении с 02 октября 2010 г. по 23 октября 2010 г. и по признаку длительности расстройства здоровья причиненные повреждения были квалифицированы как вред здоровью средней тяжести.
Обоснованность данного вывода вызывает серьезные сомнения.
Как усматривается из заключения судебно-медицинской экспертизы, Казаков А.В. был освидетельствован экспертом дважды: 03 октября 2010 г. и 22 октября 2010г.   При этом в ходе первого освидетельствования 03 октября 2010 г. Казаков А.В. представил эксперту находившуюся у него на руках справку из приемного отделения Малоярославецкой ЦРБ о том, что он обратился 02 октября 2010 г. с диагнозом: огнестрельные травматические ранения правой подчелюстной области с размозжением мышц и верхней трети грудины.
При повторном освидетельствования 22.10.10 г. Казаков А.В. жаловался на боли в области раны в правой подчелюстной области, которая нагноилась. Сообщил, что находится на амбулаторном лечении, больничный лист продлен до 23.10.10 г.
Как усматривается из указанного заключения эксперта, ему (эксперту) медицинская карта,  подтверждающая амбулаторное лечение Казакова А.В. в период со 02 октября 2010 г. по 23 октября 2010 г. в конкретном медицинском учреждении, не предоставлялась и, соответственно, никаких медицинских и иных документов эксперт не исследовал.
Вывод эксперта о том, что Казаков А.В. действительно проходил лечение до 23 октября 2010 года, то есть в течение 22 дней, сделан со слов самого Казакова А.В.
Как усматривается из повторного освидетельствования Казакова А.В. и содержания его жалоб при освидетельствовании, у него имелось нагноение раны в правой подчелюстной области. При этом рана кожи в области . рукоятки грудины зажила.
При таких обстоятельствах при отсутствии медицинской карты Казакова А.В. эксперт не вправе был определять какой тяжести вред здоровью был причинен, в связи с чем указанное заключение судебно-медицинской экспертизы не может считаться достоверным.
Более того, при указанных обстоятельствах эксперт обязан был определить причину и время нагноения раны в области правой подчелюстной области (оказание неквалифицированной медицинской помощи, действия самого Казакова А.В., индивидуальные особенности организма, реакция на медикаменты и т.п.), которое, со слов Казакова А.В., являлось основанием продления длительности лечения.
Также эксперт обязан был определить, имелась ли прямая причинно-следственная связь между причиненным огнестрельным травматическим ранением и нагноением указанного повреждения кожи, а также обоснованность столь длительного лечения.
Учитывая, что при проведении экспертизы эксперт никаких медицинских и иных документов, подтверждающих сам факт лечения Казакова А.В. в медицинском учреждении и его продолжительности, не исследовал, причинно-следственной связи и обоснованности длительности лечения не устанавливал, по делу необходимо было назначить повторную судебно-медицинскую экспертизу с предоставлением в распоряжение эксперта медицинской карты Калинина А.В., подтверждающей его лечение в течение 22 дней.
При таких обстоятельствах суд необоснованно неоднократно отказывал в удовлетворении ходатайств осужденного и его защитника о допросе эксперта, о назначении повторной экспертизы.
Вышеуказанные обстоятельства могли существенно повлиять на выводы суда, квалификацию действий осужденного, размер удовлетворенных судом исковых требований Казакова А.В.

1.5.            В приговоре суд признал недостоверным заключение специалиста в области фоноскопического исследования Урусова И.В. и его показания в суде о том, что звуки по аудитивному восприятию сходные со звуками выстрелов идентичны друг другу, все выстрелы 02 октября 2010 г. произведены из одного оружия.
Суд мотивировал свой вывод тем, что ему было не ясно, какая именно видеофонограмма исследовалась специалистом Урусовым И.В.  Кроме того, как указал суд в приговоре, согласно видеофонографического исследования видеозаписи, выполненного по заказу Казакова А.В., которое было истребовано судом из судебного участка № 37 Малоярославецкого района Калужской области, в котором рассматривалось уголовное дело в отношении Казакова А.В. и Путилова А.Ю., которое суд признал достоверным доказательством, следует, что имело место пропадание изображения примерно с 1 мин. 11,080 сек. по 1 мин. 11,600 сек. от начала воспроизведения видеозаписи, то есть изображение пропало примерно на 0,52 сек.  На основании того, что  в видеозаписи имелся указанный разрыв суд пришел к выводу о том, что специалистом Урусовым И.В. исследовались не все звуки выстрелов, имевших место в действительности в тот день.
Полагаю, что данные выводы суда содержат существенные противоречия и не подтверждаются теми доказательствам, на которые суд ссылается.
            Как усматривается из материалов уголовного дела и протоколов судебного заседания, в уголовном деле имеется лишь одна видеозапись событий, произошедших 02 октября 2010 г.  При этом в ходе судебного заседания при исследовании заключений специалиста Урусова и его допросе ни  участники процесса, ни председательствующий по делу не высказывали никаких сомнений по поводу того, что Урусов И.В. исследовал именно ту видеозапись, которая приобщена к материалам уголовного дела.
Более того, как следует из заключения специалистов, представленного Казаковым А.В. в судебный участок № 37 Малоярославецкого района Калужской области, которое суд признал достоверным доказательством, первый звук выстрела прозвучал примерно на 1 мин. 13,8 сек. от начала воспроизведения звукозаписи, всего прозвучало 17 выстрелов в течение 11,9 секунд.
Таким образом, согласно указанному заключению специалиста пропадание изображения на 0,52 секунды произошло до первого выстрела и само по себе не могло повлиять на выводы специалиста Урусова И.В.  
В связи с изложенным вывод специалиста Урусова И.В. о том, что все выстрелы произведены из одного оружия,  в ходе судебного следствия не опровергнут.
Хочу отметить, что в ходе предварительного следствия по данному уголовному делу следователем было вынесено постановление о назначении комплексной экспертизы по указанной видеозаписи с постановкой вопросов, имеющих отношение к выяснению обстоятельств совершенного преступления. Однако, экспертиза не была проведена в связи с отзывом постановления о ее назначении (т. 3, л.д. 224-226, 228, 229).
При таких обстоятельствах суду необходимо было назначить комплексную экспертизу по видеозаписи, которая ранее ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного следствия не проводилась.

1.6.             В ходе судебного следствия были исследованы заключения проведенных в отношении Цареградского А.В., Цареградской Ж.В., Цареградского П.А.  психофизиологических исследований с использованием  полиграфа, из которых следует, что 02 октября 2010 года Цареградский А.В. намеренных повреждений Шевцовой Н.Д. не наносил, выстрелов из какого-либо оружия не производил, Цареградский П.А. располагает информацией о деталях нанесения телесных повреждений Казакову А.В. и Калинину П.А., которые, вероятно, получены им вследствие отражения обстоятельств, связанных с нанесением Цареградским П.А. телесных повреждений этим гражданам 02 октября 2010 года вследствие стрельбы из травматического пистолета Цареградского П.А. в деревне Николаевка Малоярославецкого района.
В приговоре (лист 22 приговора) суд не стал учитывать результаты психофизиологических исследований в связи с тем, что, по мнению суда, методика тестирования на полиграфе не обладает исключительным характером, тестирование не может служить исключительным доказательством виновности или невиновности лица, исследования не определяют ни правдивость, ни лживость опрашиваемого  лица. Исследования были проведены на добровольной основе, не в порядке, предусмотренном УПК РФ, выводы носят вероятностный характер.
С указанным выводом суда нельзя согласиться по следующим основаниям.
Психофизиологическое исследование (экспертиза) с использованием полиграфа является относительно молодым видом судебных экспертиз, применяемых в области уголовного судопроизводства. Психофизиологические экспертизы успешно применяются в практической деятельности следственных органов и судов в ходе расследования уголовных дел. Практика применения результатов подобных исследований свидетельствует об очень высокой степени достоверности полученных результатов при условии обладания лицом, производящим эти исследования, необходимым уровнем профессиональной подготовки и соблюдения требований утвержденных методик. Об этом свидетельствует и то обстоятельство, что в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел, ФСБ, Министерства юстиции имеются штатные должности экспертов, проводящих психофизиологические исследования с использованием полиграфа. Методики проведения психофизиологических исследований являются научно обоснованными и утвержденными в установленном порядке. При этом, указанные исследования с учетом специфики данного вида экспертиз проводятся на добровольной основе, что само по себе не является основанием для признания результатов исследований недостоверными.
При предоставлении суду указанных заключений специалистов стороной защиты требования закона при их проведении и предоставлении нарушены не были, при этом следует учесть, что заключение специалистов по исследованию видеозаписи, полученной также не в порядке, предусмотренном УПК РФ, предоставленной Казаковым А.В. в судебный участок № 37 Малоярославецкого района Калужской области, почему то судом признано достоверным доказательством.
В соответствии со ст. 88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности. Данное требование уголовно-процессуального закона при исследовании предоставленных стороной защиты заключений специалистов судом выполнено не было.
В приговоре не приведены какие-либо основания, позволяющие прийти к выводу об отсутствии у специалистов, проводивших психофизиологические исследования, необходимого уровня профессиональной подготовки, либо о нарушении ими методических указаний проведения психофизиологических исследований, либо о необоснованности и ненаучности самих методик, использовавшихся специалистами.
Фактически суд в приговоре, не обладая необходимыми познаниями в этой области знаний, без выяснения мнения специалистов пришел к выводу о том, что психофизиологические исследования сами по себе не являются доказательствами при расследовании уголовных дел.
Суд как по собственной инициативе, так и по ходатайству сторон имел возможность в целях устранения возникших сомнений в научной достоверности результатов психофизиологических исследований обратиться к помощи специалистов в этой области, допросить их, а, в случае возникновения необходимости, назначить проведение психофизиологической экспертизы.
При таких обстоятельствах вывод суда об отсутствии оснований для учитывания заключений специалистов является незаконным и необоснованным.

1.7.             В приговоре (лист 22 приговора) суд пришел к выводу о том, что аудиозапись собрания 08 сентября 2010 года не имеет отношения к данному делу.
С этим выводом суда нельзя согласиться по следующим причинам.
Как было установлено в ходе судебного следствия, данная аудиозапись была изготовлена одним из свидетелей со стороны обвинения, в собрании принимали участие лица, которые впоследствии стали фигурантами рассматриваемого уголовного дела. Из содержания аудиозаписи усматривается, что в ней содержатся сведения об имевшем месте конфликте между Цареградскими и потерпевшими и свидетелями со стороны обвинения, его причинах, о намерениях, поведении и действиях участников конфликта.
При таких обстоятельствах указанный вывод суда является необоснованным. Никакой оценки сведениям, содержавшимся на  аудиозаписи, сделанной 08 сентября 2010 года, по правилам, изложенным в ст. 88 УПК РФ, судом дано не было. 

Продолжение следует ...

Комментариев нет:

Отправить комментарий