воскресенье, 26 мая 2013 г.

ЧИНОВНИЧИЙ ПРОИЗВОЛ ИЛИ КТО И КАК НАМИ УПРАВЛЯЕТ

Не так давно мне передали старую статью, написанную лет 15 назад. Здесь описан произвол чиновника в 90 годы и приведена некая классификация чиновников. В наше время ничего не изменилось.
Статья публикуется с согласия автора.


Чиновник – кто он такой?  Толковый словарь утверждает, что он государственный служащий.
Не будем углубляться в историю и выискивать в ней  роль  чиновничества, а взглянем на степень его влияния в сегодняшнем бытие.

В нашем обществе, в котором государство всегда стремилось проникнуть во все сферы жизни,  где оно является монополистом во всех областях,  где государственные институты и органы используются чиновничеством для процветания и охраны своих интересов, степень влияния чиновника поистине безгранична.

Наверное, нет в стране человека,  не познавшего на своей шкуре чиновничьего произвола, но все же, приведу примеры из жизни нашей правозащитной  организации - Организации независимых объединений – Комитета социальной защиты (МГ-КСЗ), руководить которой мне пришлось.

Свою деятельность наша организация начала в далеком 1988 году. 22 сентября 1988 года состоялось учредительное собрание и с тех  пор  мы постоянно пытались ее зарегистрировать. В 1990 году был введен в действие Закон об общественных организациях. Однако наши попытки зарегистрировать организацию пресекались чиновниками.  Только после вмешательства прессы и под давлением общественности их сопротивление было сломлено. 5 ноября 1992 года наконец-то выдали свидетельство о регистрации датированное 10 октября 1992 года.

В этой  эпопеи было множество различных проявлений. Так работник отдела Минюста сначала СССР,  а затем и РСФСР (России),  некая госпожа Челышева Наталья Николаевна весьма откровенно и неоднократно твердила мне:  "...не регистрируем,  так как Вы нам не нужны...". На сей счет у нас сомнений никогда не было. Мы и действительно не нужны. Были и извинения за деяния некоторых..., но хочется выделить один эпизод, на мой взгляд ярко-показательный.

20.03.92 г.  мною в адрес начальника Управления юстиции г. Москвы было направлено письмо с предложением: "...принять меры по обеспечению соблюдения требований действующего законодательства...". В конце марта в  Комитет позвонила женщина и сообщила,  что она - Олейник Лидия Ивановна, работник Управления юстиции, что ей поручено рассмотрение нашего обращения и предложила мне явиться в комнату 25 управления.

В условленное время я прибыл в указанную комнату. В ней находилось трое женщин - сотрудников. Я представился и изложил причину появления.  Одна из женщин демонстративно, презрительно смерив меня взглядом с головы до ног, указала на стул. Не успел я присесть, как на меня обрушился поток недовольства тем, что было предложено в письме.

Далее последовали грубости, оскорбления и... Пытаясь как-то зафиксировать происходящее, я извлек диктофон и включил его. Затем попытался установить фамилии находившихся в комнате сотрудниц. Одна из них мне заявила: "...напрасно стараетесь, в этой комнате Вам никто свою фамилию не назовет...".

Красный огонек диктофона подействовал на разъярившуюся особу своеобразно. Взревев: "...сейчас я тебе покажу..." она бросилась к телефону, стала звонить в милицию и требовать защиты от "хулигана", держащего диктофон (?!). В дальнейшем руководство сообщило, что установить эту особу не смогло, я же не настаивал. О причинах укажу ниже.
Или вот, другая ситуация. Ситуация связанная с выделением помещения для нашей организации.

В январе 1993 года нам было рекомендовано помещение и после согласования предложено оформить его в установленном порядке: собрать необходимые документы и передать  начальнику отдела нежилых помещений Префектуры Восточного административного округа,  Митину Юрию Геннадиевичу, для подготовки проекта распоряжения о выделении помещения.
Но у начальника отдела, очевидно были свои планы на пустующее помещение и он, выдвинув ряд необоснованных требований, уклонился от приема документов. Мы вынуждены были направить их почтой.

Шло время. Документы лежали без движения. В марте 1993 года мы вновь обратились к Митину. Во время приема Митин постучал в стенку и в кабинет явился его сотрудник, некий Судаков. Указывая на нас, Митин сообщил Судакову: "... вот эти претенденты на то... помещение...". Судаков весьма загадочно заявил, что...  помещение стоит 10 миллионов и выразил циничное удивление, смысл которого сводился к тому, что мы его хотим получить просто так, даром (?!). Затем Митин сообщил, что имеются и другие кандидаты на получение этого помещения, что к нему наши документы не поступали вообще... Обращения к префекту округа, Ульянову Борису Васильевичу, не привели к изменениям ситуации. Его реакция указывала на согласованность действий должностных лиц в этом вопросе.

О сложившейся ситуации я рассказал своим друзьям, хорошо знающим об установившихся методах чиновничьих игр в структурах управления Московским городским хозяйством. Мне посочувствовали и нарисовали картину предстоящих ходов этих игр.
Митин же мне не скрывая сообщил, что у него есть много способов воспрепятствования оформлению помещения. Он даже суть некоторых разъяснял. Его цинизм вызывал лишь разочарование тем, что решением государственных вопросов занимаются люди, не обладающие государственным мышлением.

Кстати, этот пример ярко высвечивает еще одну важную проблему сегодняшнего бытия, проблему падения авторитета власти у населения. Ведь поведение чиновника, зачастую олицетворяемого обывателем с властью, находится в прямой зависимости с авторитетом власти. Но это другая большая тема, которая требует отдельного обсуждения.
Итак, чиновник. Кто он такой? На мой взгляд, чиновников можно разделить на три основных категории.

К первой категории следует отнести весьма грамотных, осведомленных, знающих свое дело чиновников. Это небольшая прослойка. Именно она определяет политику и проводит в жизнь принятые решения. Кем приняты решения – этот вопрос пока оставим открытым. К этой категории, как правило, относятся руководители разных рангов и самостоятельных подразделений.

Вторая категория состоит из весьма осведомленных и знающих чиновников, но находящихся в зависимости и лишенных реальной власти. Как правило, представители этой категории имеют признаки хамелеонов, принимают ту окраску, которая требуется в определенный момент. Они приспособленцы и ждут своего звездного часа. В работе осторожно - прилежны и бесконфликтны, готовы в любое время к молниеносным действиям, если будут считать, что это принесет им ожидаемую победу.

В третью весьма обширную категорию входят различного рода столоначальники. Среди них и грамотные и безграмотные, тупые, ограниченные в мышлении и расчетливые дельцы. Для них указание начальника есть высший критерий их действия, если будет блюстись их собственный интерес. Они не задумываются ни над нормами права, ни над нормами морали. Их норма – личное благополучие. Они выполнят любое поручение начальника, какое бы оно не было грязное и постыдное. Именно их руками и совершается основная масса должностных преступлений, борьбой с которыми правоохранительные органы фактически не занимаются, что в свою очередь ведет к чиновничьему произволу в отношении находящихся в зависимости лиц.

Одним из примеров чиновничьего произвола могла бы послужить ситуация сложившаяся вокруг налога на добавленную стоимость, так называемого НДС.
Для непосвященного читателя сообщу некоторые информационные сведения: "Налог на добавленную стоимость представляет собой форму изъятия в бюджет части прироста стоимости, которая создается на всех стадиях процесса производства товаров, работ и услуг и вносится в бюджет... плательщиками налога на добавленную стоимость являются: ... предприятия и организации независимо от формы собственности и ведомственной принадлежности... осуществляющие производственную или иную коммерческую деятельность..."

Приведенные сведения изложены в Инструкции о порядке исчисления и уплаты налога на добавленную стоимость. Этой же инструкцией определены: объекты налогообложения; методика определения облагаемого оборота; перечень товаров (работ, услуг), освобождаемых от налога; ставки налога; порядок исчисления, методика расчета налога и др.
Казалось бы все расписано до мелочей, бери, руководствуйся и исполняй. Ан нет. Кто то, где то принял другое решение и чиновничья рать бросилась его исполнять. И вот уже банковский служащий требует, чтобы на платежном поручении в обязательном порядке была указана сумма НДС в размере не менее 20 % от перечисляемой суммы (!?), а предприятие повышает цену и перекладывает уплату своего налога на потребителя, то есть на нас с Вами, читатель.

Приведу конкретный пример, полагая, что он типичен или близок к типичному. В помещении доставшемся нашей организации нет средств связи. По поводу выделения и установки телефонов в январе нынешнего года мы обратились в Куйбышевский районный узел связи. Много раз наш представитель побывал в этом узле. Под различными предлогами чиновники узла уклонялись от решения этого вопроса. Наконец в конце марта в коммерческом отделе выписали извещение, в котором от нас потребовали уплатить за новую установку деньги в сумме 1 миллион рублей, при этом потребовали уплатить НДС в размере 200 тысяч рублей и спецналог в размере 30 тысяч рублей.

Не трудно заметить, что затребованная сумма под предлогом НДС и спецналога плод произвольного воображения, что никакой добавленной стоимости у организации оплачивающей услуги по установке телефона нет и быть не может. Указанное укрепило сомнение и вызвало недоверие к самой сумме оплаты. Все это привело меня к чиновникам злополучного телефонного узла, общение с которыми попытаюсь изложить подробнее.
Выписавшая извещение, порекомендовала сначала пообщаться со Светланой Ивановной, ждать появление которой на рабочем месте пришлось наверное с полчаса (это во время обозначенное как прием посетителей).

Повезло, ожидать пришлось сидя на стуле у рабочего места столоначальника, состоящего из заваленного папками, бумажками и разной рухлядью стола. С левой стороны стола, украшением рабочего места был малогабаритный телевизор, чуть подальше на окне мурлыкал приемник. В комнате находилось около десятка столов, за некоторыми по-видимому были их постоянные "хозяива",  которые о чем-то вполголоса переговаривались с редкими посетителями, другие нехотя перебирали бумажки. Справа от меня крупная дородная дама лениво позевывала и явно скучала. Наконец в дверном проеме появилась плотная дама, которая уперлась в меня настороженным взглядом и двинулась в мою сторону.

Не отрывая от меня взгляда она неуклюже водрузила свое тело на жалобно скрипнувшее сидение и поинтересовалась, чего это я расселся у ее стола. Удостоверившись, что передо мной находится именно "Светлана Ивановна" я изложил причину и положив перед ней копию (ксерокс) извещения поинтересовался, что это за сумма НДС, в 200.000 рублей и как она получилась.

Некоторое время она в упор рассматривала меня как диковинку, а затем  вдруг рявкнула: "...С  этими вопросами иди туда..." и ткнула пальцем куда-то вверх. Дальнейшие шарады мощного голоса я решил запечатлеть. Достав диктофон включил его и положил между нами. Красный огонек диктофона сделал свое дело. Столоначальница призывно взвизгнула: "Он включил диктофон..." Как по команде все повскакивали. Поднялся невообразимый шум. От меня стали требовать выключить диктофон и убираться из комнаты. И естественно мои попытки услышать чью-либо фамилию были тщетны.

Кто-то сбегал за начальницей, Преображенской Натальей Марковной и та появилась без промедления. Она потребовала выйти из комнаты, заявив, что разговаривать будет со мной только в своем кабинете и только при условии, что диктофон будет выключен. В сопровождении внушительной группы я перешел в кабинет начальницы. Группа осталась за дверью, а в кабинет вошел мужчина и расставив ноги замер у двери. Несмотря на то, что диктофон был выключен, разговор с ней был односложный. Обосновать требуемую сумму НДС она не смогла. На просьбу ознакомить меня с действующими тарифами она также не пожелала отвечать.

Осведомившись, когда принимает начальник, я подчеркнуто вежливо поблагодарил начальницу за "содержательную беседу" и попрощавшись попытался выйти из кабинета. Видя мое намерение, она вдруг вскрикнула: "...как это ты так, просто хочешь покинуть наше заведение, что-то записав..., сейчас я тебе устрою...". Она выскочила из кабинета впереди и когда я вышел был окружен плотным кольцом ожидавших сотрудников. В окружении эскорта я спустился на первый этаж, где находился пункт охраны, состоящий из двух вооруженных парней. Начальница потребовала от них, чтобы они "приняли ко мне меры", так как у меня есть диктофон (?!). Проверив документы, охранники развели руками...

Встреча с начальником телефонного узла, Емельяновым Владимиром Петровичем, не прояснила ситуацию, лишь подчеркнула, что действия согласованны.
Обратите внимание, различные ситуации, а принцип один. Вот Вам и ответ, читатель, стоит ли связываться с исполнителем, если начальство дало такую установку.

А тем  временем общественная правозащитная организация лишена средств связи. От чиновничьей возни прежде всего страдают права граждан, конкретных людей, нуждающихся сегодня в помощи, а также и общественные интересы. Все это охраняется законом. И эти действия уже носят признаки деяний, ответственность за которые предусмотрена в уголовном порядке. Но дремлет прокурор в уютном кабинете и нет ему дела до захлестнувших общество должностных преступлений, борьбу с которыми закон определил ему. Его бездействие и отсутствие твердых границ для чиновника, определяемых законом, порождает коррупцию, разваливает экономику и ухудшает и без того низкий прожиточный минимум. Именно это и позволяет зарвавшимся чиновникам мордовать людей доводя их до отчаяния.

Ведь нетрудно заметить, какие бы не были благие намерения законодателя, чиновничья рать способна свести их усилия на нет, а в ряде случаев, из закона, преследующего благородные цели, выжать себе массу выгод, в ущерб нашим с вами интересам, читатель.
Я рассказал о некоторых фактах из жизни нашей организации, полагая, что они раскрывают суть существующей системы и нетрудно заметить, что человек сталкиваясь с ней еще более беззащитен чем мы, коллектив.

А в заключение мне хотелось бы обратиться к законодателям, депутатам Думы, Президенту и его окружению, с предложением, принять меры к обузданию чиновничества - разработать и принять закон о государственном служащем.

                                                           В.В.Ребров.

Опубликовано в журнале "ГОЛОС" № 6

понедельник, 6 мая 2013 г.

Память про Дворкина и его гипнотическую компанию

Вдруг опять наткнулась на прошлогоднюю статью под названием "Как действуют «гипнотизеры» Дворкина? Интервью с главой Центра «Рожана» Жанной Цареградской". Да, ложечки нашлись, а осадочек остался!

Центр Иринея Лионоского, в котором ошивается господин Дворкин, либо позорит имя Иринея Лионского, либо напротив демонстрирует свое полное соответствие с его деяниями. Получается, что Ириней Лионский был клеветником, палачом и отъявленным мерзавцем? Не знаю кто такой Ириней Лионский, но если Дворкин и его компания занимаются истреблением здорового материнства, то уж не инквизитор ли он был? А не означает ли это, что православие в России тоже идет путем инквизиции? Ведь Дворкин, на минуточку, типа православный и типа служит православию? Может, конечно, он не просто православный, а православный христианин, но это сути не меняет.

Считается доказанным факт, что все красные комиссары, которые участвовали в массовых расстрелах, лечились у психиатров и были, мягко говоря, не в себе (некоторые бабульки, называли их бесноватыми - видно, было за что!). А чем же инквизитор отличается от красного комиссара, участвующего в массовых расстрелах? По логике получается, что инквизитор и красный комиссар в этом смысле равны по делам своим, а значит, находятся в одном и том же состоянии. А может такие экземпляры надо сразу проверять на здоровье головы, а только после этого допускать в центры Иринея Лионского и в храмы? А может пойти другим путем: всех, кто пришел в храм и религиозно фанатеющий центр сразу отправлять к доктору на проверку?

Если так сделать, сколько интересного откроется, мама не горюй!

http://religionip.ru/news/kak-deystvuyut-gipnotizery-dvorkina-intervyu-s-glavoy-centra-rozhana-zhannoy-caregradskoy